На правах рекламы:

• Термоодеяло для обертывания купить в москве на termoodeyalo-kupit.ru.

лагеря на детские каникулы осенние

Павла Леонтьевна Вульф (1878—1961)

Встреча Раневской и Вульф во многом изменила жизнь каждой из них и обеих вместе. Без встречи с Вульф биография Фаины Георгиевны немыслима, вернее, она была бы совсем другой. Между тем и Павла Вульф не раз отмечала, что она без Раневской тоже прожила бы совсем другую жизнь. На закате жизни Фаина Раневская вспоминала: «Павла Леонтьевна спасла меня от улицы. Она меня очень любила, а я относилась к ней молитвенно. Павла Леонтьевна — имя это для меня свято. Только ей я обязана тем, что стала актрисой. В трудную минуту я обратилась к ней за помощью. Она нашла меня способной и стала со мной работать. Научила меня тому, что ей преподал ее великий учитель Давыдов и очень любившая ее Комиссаржевская. Она сделала из меня и человека, и актрису. Если я стала понимать, как вести себя на сцене, — я обязана этим только Павле Леонтьевне».

О своем знакомстве с Павлой Вульф Раневская рассказывала: «В Ростове-на-Дону в 1918 году, работая в цирковой массовке, увидела на сцене театра "Дворянское гнездо" с Павлой Леонтьевной Вульф в роли Лизы Калитиной. Вообще-то я уже видела этот спектакль и именно с Вульф еще в Таганроге, была потрясена ее Лизой, но тогда еще мало что понимала. Теперь впечатление было гораздо более сильным и глубоким. Это решило все. Какой цирк, когда в мире есть такие люди?! Набралась необъяснимого нахальства и отправилась к Павле Леонтьевне со "скромной" просьбой — научить меня играть. Вот так просто». В тот день у Павлы Леонтьевны был приступ мигрени, из-за которого она никого не хотела видеть. Но Фаина пришла на следующий день, она так страстно говорила Павле Леонтьевне о своем желании стать ее ученицей, что уже в тот день между ними завязалась дружба, длившаяся более сорока лет.

Павла Вульф много сделала для театральной карьеры своей подруги Фаины. Уже в день знакомства она дала Фаине пьесу с рекомендацией выбрать любую роль и показаться ей. Фаина выбрала роль итальянской актрисы и в течение недели подготовилась к ней. Она нашла в Ростове итальянца, им оказался булочник из Генуи. Под его руководством Фаина изучала итальянский язык, мимику, жестикуляцию, потратив на учебу практически все деньги, заработанные в цирковой массовке. Появившись перед Павлой Вульф сильно похудевшей, но подготовленной к роли, Фаина произвела на актрису благоприятное впечатление. Позднее Раневская рассказывала: «Со страхом сыграла ей монолог из роли, стараясь копировать Андрееву. Прослушав меня и видя мое волнение, Павла Леонтьевна сказала: "Мне думается, вы способная, я буду с вами заниматься". Она работала со мною над этой ролью и устроила меня в театр, где я дебютировала в этой роли. С тех пор я стала ее ученицей».

Вскоре Павла Леонтьевна пригласила Фаину жить к себе. Отказаться было нельзя — театр отправлялся в Крым, и надеяться на новую случайную встречу с Вульф было нереально. В дальнейшем Фаина Георгиевна и Павла Леонтьевна не представляли свою жизнь друг без друга. Вместе с Павлой Леонтьевной и ее маленькой дочерью Раневская отправилась в Крым. В Симферопольский городской театр, ранее называвшийся Дворянским, точнее — театром Таврического дворянства. Добирались до Симферополя пароходом, через Евпаторию. В своей книге воспоминаний Павла Вульф напишет: «Крымский период был началом творческих успехов Раневской...»

После войны Раневская боялась надолго разлучаться с Павлой Леонтьевной, беспокоилась о ее здоровье, скучала. Из поездок, со съемок Фаина Георгиевна спешила написать ей письмо, открытку — посоветоваться, пожаловаться, успокоить: «Мамочка, попытаюсь тебе объяснить, почему я в таком раскисшем состоянии и подавленности... Когда я вылезла с сырой, не сделанной, не проверенной и не готовой ролью, да к тому же еще ролью, которая мне чуждая и противная, я растерялась, испугалась, вся тряслась, забывала текст, путалась и в итоге испытала что-то вроде нервного шока, потрясения. На премьере ввиду всего вышесказанного был полный провал, на втором спектакле я расшиблась и на третьем еле двигалась, потом я уже на спектаклях разогревалась, но играла и продолжаю играть плохо. Пойми — я не бытовая актриса, быт мне не дано играть, не умею, — я перевела роль в план реалистической буффонады, но и это не верно, а может быть, роль незначительна...» «Мамонька-золотиночка... Все мои мысли, вся душа с тобой, а телом буду к 1-му июля. Отпускают делать зубы, 15-го июля опять съемки, пересъемки и досъемки, т. е. продолжение кошмара. Забот накопилось множество... рада, что скоро обниму тебя, мою родную, дорогую. Не унывай, не приходи в отчаяние. Твоя Фаина».

Дружба Раневской и Вульф продолжалась до конца жизни Павлы Леонтьевны, да и после кончины ее в 1961 году Раневская ежедневно, едва ли не ежечасно вспоминала о ней. Надо ли говорить, каким ударом ее смерть стала для Фаины Георгиевны? Место Вульф в сердце Раневской так и осталось незанятым, зияющим, как открытая рана. Много лет, оплакивая свою потерю, она не переставала благодарить судьбу за то, что ей была послана такая дружба, творческая и человеческая, какая мало кому выпадает на долю. Может быть, именно это дало Раневской основание признаться в конце жизни: «Мне везло на друзей».

Биография

Павла Леонтьевна Вульф — русская актриса, заслуженная артистка Республики (1927). Павла Леонтьевна Вульф была родом из Порхова, из псковских помещиков, которые происходили из рода Васильчиковых, имевших множество дочерей. Одна из них вышла замуж за графа Строганова, владельца огромного имения-майората Волышево (под Порховом), а другая — за сына обрусевшего немецкого барона Карла Вульфа — Леонтия Карловича Вульфа, от брака с которым и родилась Павла Леонтьевна.

Павла Вульф родилась 19 июля 1878 года. Вскоре ее родители переехали из Порхова в Псков, и здесь на них обрушилось несчастье — тяжелая болезнь отца, обрекшая его на бездействие: «Он страдал неизлечимой болезнью и мог передвигаться только в кресле, на колесах... Он никогда не жаловался, и в те немногие часы, когда ему делалось лучше, шутил. Отец никогда не наказывал нас, не повышал голоса, но только огорчался, и это было страшнее наказания». Отец Павлы Вульф прекрасно играл на скрипке и не расставался с ней до конца дней своих: «Вдруг звуки оборвались, скрипка замолкла, я побежала в комнату отца — он сидел в своем кресле, опустив скрипку, и тихо плакал. Это было незадолго до его смерти».

В имении тетки в Волышеве Павла впервые участвовала в спектакле «Сорванец» и «живых картинках», вероятно, подтолкнувших ее к мысли о театральной карьере. Волышево сохранилось до сих пор, правда, в плачевном состоянии. Павла Леонтьевна тщательно скрывала свое непролетарское происхождение и лишь вскользь написала об этом в своей книге «В старом и новом театре» как о каком-то праздничном сне.

Первоначальное образование получила дома, где с Павлой занимались преподаватели Московского университета, а потом поступила в институт Благородных девиц в Петербурге, где проучилась несколько лет, а потом решила, что станет актрисой. Это решение она приняла после того, как увидела на сцене В.Ф. Комиссаржевскую. По совету Комиссаржевской, к которой обратилась с письмом, поступила в драматическую школу Поллак, через год перешла на драматические курсы в императорском балетном училище при Александринском театре.

Дебютировала на сцене студенткой в роли Лауры в пьесе Г. Зудермана «Бой бабочек». По завершении учебы по совету своего педагога В. Данилина пыталась поступить в Московский Художественный театр, но не была принята. С 1901 года работала в Нижегородском театре в антрепризе Незлобина. В 1902—1904 годах играла в Рижском городском театре. На гастролях в Одессе играла вместе с М.Г. Савиной. В сезоне 1905/1906 года работала в Театре Корша, играла с В.И. Качаловым. В последующие годы выступала на провинциальной сцене.

В 1909—1911 годах играла в Москве в «Новом театре» К.Н. Незлобина. В 1911 году опять вернулась на провинциальную сцену. До 1917 года играла в театрах Ростова-на-Дону, Киева, в Харькове у Н.Н. Синельникова.

После революции 1917 года вступила в товарищество, организованное В.А. Ермоловым-Бороздиным. Сначала товарищество работало в Евпатории. В составе труппы были: И.Ф. Скуратов, С.И. Днепров, Р.А. Карелина-Радич, Н.И. Кварталова. Среди начинающих артистов в труппе работали Д.Н. Журавлев, Е.И. Страдомская, Ф.Г. Раневская (впоследствии Вульф стала близкой подругой Раневской).

В 1918—1923 годах была ведущей актрисой Симферопольского театра. Начала преподавать в театральной школе, организованной при симферопольском драмтеатре. В 1923—1929 годах работала в Смоленске, Ростове, Казани, Святогорске, Баку, Днепропетровске. В сезоне 1929/1930 годов была приглашена в Махачкалу в Дагестанский государственный академический театр как актриса и очередной режиссер. Поставила спектакль «Заговор чувств» Ю. Олеши, который получил одобрительные отклики критики и зрителей.

В 1930—1931 годах была педагогом класса движения в азербайджанской секции Бакинского театра рабочей молодежи, в русской секции — сценической речи. С 1931 года работала в Москве, сначала как педагог в школе Камерного театра, в агитколлективе машиностроителей и драматической школе при Театре Красной Армии.

В 1935 году вернулась на сцену — в Театр Красной Армии, где сыграла генеральшу Нюрину («Я вас люблю» Иосифа Прута в постановке Ю.А. Завадского).

Вместе с Юрием Завадским перешла работать (1936—1938) в Ростовский театр имени Горького. Вернувшись в Москву, в Театр им. Ленсовета, репетировала роль Аграфены в пьесе Леонида Леонова «Волк». Вследствие тяжелой болезни была вынуждена в 1938 году оставить сцену. Написала мемуары.

Умерла Павла Леонтьевна в Москве 8 июня 1961 года. Похоронена на Донском кладбище.

Главная Новости Обратная связь Ресурсы

© 2018 Фаина Раневская.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.