Одиночество в толпе

Психолог разложил на столе старые фотографии, всмотрелся в них, задумчиво перевернул, смешивая на столе в кучу, как карты. Внезапно что-то заинтересовало его. Он поднял сначала одну фотографию, потом другую, но смотрел отчего-то не на лицевую, а на оборотную сторону.

— Думаешь, с обратной стороны она красивее получилась? — полюбопытствовал Бес, возникший в кресле. Он резво выбросил руку в сторону и подхватил стакан, который уже покачивался на самом краю тумбочки.

— Это хорошо, что сегодня без битой посуды, — заметил Психолог. — А то уборщица жаловалась. Что же до фотографий, то сам посмотри.

Бес аккуратно наколол на коготь несколько снимков, покрутил их перед глазами. Пятачок его удивленно сморщился.

— Ну и что тебе здесь не так? — он сбросил снимки на стол. Странное дело, никаких проколов от когтя на них не осталось.

— А ты подписи видел? — Психолог постучал пальцем по фотографиям. — «Моя мама», «Мой папа»...

— Не понимаю, что тут такого? — пожал плечами Бес и откинулся на спинку кресла. Вновь раздался протестующий скрип. — Ну, мама, папа... И что? Что ты крутишь эти фотографии, будто увидел неизвестную истину?

— Да кому в голову придет так подписывать фотографии?! — воскликнул Психолог. — Ну, сам подумай! Бывают, конечно, фотографии с подписями, но это или дарственные надписи по типу «Дорогому сыночку/доченьке/племяннику» или отметка даты, когда был сделан снимок. В крайнем случае — «Я с Рокоссовским на параде, 19... год»! Это если с посторонним для семьи человеком. Но тут-то фотографии семейные. Ты бы подписал так снимок своей матери? Чтобы, значит, не забыть, что это твоя мама, а?

— У меня и мамы-то никогда не было, — фыркнул Бес. — Но вообще я идею уловил. Действительно странно. А где ты накопал эти снимочки-то?

— Ну, сами фотографии стандартные. Используются во всех книгах о Раневской, во всех документальных фильмах, — вздохнул Психолог. — Ничего особенного. А вот оборотную сторону я впервые увидел в «Серебряном шаре»1. В мозгах и застряло. Странные ведь подписи.

— Всякое бывает, — помотал головой Бес. — Вас, людей, иногда и не поймешь. Полное отсутствие логики. Зачем то или иное делаете — и сами не знаете.

— Ошибаешься. Тут как раз присутствует внутренняя логика, и такие подписи были сделаны неспроста.

— Похоже, ты сейчас лопнешь от желания изложить свеженькую идею, — заметил Бес. — У тебя озарение? На голову упало яблоко? Давай выкладывай, не страдай!

— Знаешь, мне недавно предложили еще одно объяснение «феномена Раневской», — смущенно сказал Психолог. — Оригинальное объяснение, правда, его сложно назвать научным. Но в него отлично вписываются все известные факты, в том числе и эти подписи на обороте фотографий. Теория, которая объясняет, почему у человека иногда возникает такое сильное эмоциональное отторжение от семьи, что ему приходится напоминать себе даже о том, кто изображен на семейных фотографиях. Ведь фактически такие подписи — это уговаривание себя, что вот это — мама, а не какая-то посторонняя женщина, пусть даже и хорошо знакомая, а это — папа, а не случайно встреченный мужчина...

— Ну-ка, ну-ка! — заинтересовался Бес. — Давай это объяснение на стол. Иногда самое интересное находится вне науки.

— Да тут вообще парапсихология, чтоб не сказать эзотерика, — махнул рукой Психолог. — Полет фантазии.

— Но похоже, что этот полет тебя очень зацепил, — отметил Бес. — Не скромничай, как девушка на первом свидании. Выкладывай. Иначе ведь не успокоишься, я тебя знаю.

— Ладно. Но если будешь смеяться, я с тебя шкуру сниму. И повешу на стенку, чтоб кабинет украсить. Или коврик сделаю, — предупредил Психолог почти сердито. Ему очень хотелось рассказать все Бесу, но он боялся насмешки.

— Не буду! Вот честное слово, не буду смеяться! — Бес обезоруживающе выставил перед собой ладони. — Рассказывай!

— В общем, речь идет о подмене души. — Психолог метнул на Беса испытующий взгляд, проверяя — не смеется ли приятель. Но выражение лица Беса было абсолютно серьезным, даже пятачок не морщился. — Теория такая: при зачатии вселяется душа. Но случается, что через несколько месяцев по каким-то причинам душа может уйти, а на ее место вселяется другая. Вот тогда рождается ребенок, у которого с родителями возникают психологические проблемы. Они совершенно чужды друг другу. Родители подсознательно знают, что это — не их дитя, и соответственно не могут любить такого ребенка, как любили бы своего. Ну а ребенок, с одной стороны, ощущает недостаток любви от родителей, а с другой — эмоциональное одиночество, более того — эмоциональную чуждость тех, кто является его семьей. Что и является причиной возникновения различных комплексов, в том числе и комплекса недолюбленного ребенка.

— Душа, значит, — медленно сказал Бес, закуривая сигару. — Вы в своем материализме уже дошли до того, чтобы приплетать душу к психологии. Оригинально.

— Ну, назови это частью всемирного информационного поля, — пожал плечами Психолог. — Знаешь ведь эту теорию, так? Поле, которое окутывает всю Землю. Говорят, что некоторые люди могут подключаться к нему, получать информацию. Будто бы Менделеев именно так открыл свою периодическую систему. И Никола Тесла был постоянным пользователем этого информационного поля.

— Еще одна удобная теория, — кивнул Бес и разогнал сигарный дым ладонью. При этом запахло грозой, а Психолог почему-то подумал о прохладных горных вершинах, укрытых снежными шапками. — Подтвердить эту теорию пока не смогли. Но и опровергнуть с уверенностью тоже. Мало ли что информационное поле никто не видел, не трогал и не зафиксировал никакими приборами! В конце концов, радиацию когда-то тоже не могли фиксировать приборами, так как приборов таких попросту не было. Но радиация-то была...

— Между прочим, уж ты-то мог бы или подтвердить, или опровергнуть, — заметил Психолог. — И в том, что касается души, подселения и так далее, и в том, что касается всемирного информационного поля. Уж ты-то знаешь наверняка и без всяких приборов.

— Ты что, думаешь, что мы — дикие твари, живущие без правил и законов? — возмутился Бес. — К твоему сведению, у нас строжайшие каноны. И особо оговорены правила обращения и общения с людьми. И нарушать я их не собираюсь. Так что придется тебе, друг мой, самостоятельно выяснять, где истина — есть ли информационное поле, нет ли его, есть ли душа, или то, что упорно взвешивают ваши ученые, таковой не является.

— Струсил, значит? Сказать боишься? — Психолог попытался взять Беса «на слабо».

— Струсил, — легко согласился Бес. — Я, конечно, понимаю, что дальше Преисподней не сошлют. Но ты даже не представляешь, какие у нас имеются гнусные местечки!

— Примерно так я и думал, — вздохнул Психолог. — А знаешь, что мне больше всего понравилось в этой теории с подменой души? Говорят, что такие подмены чаще всего происходят на переломах истории. Войны и революции — вот среда, в которой одна душа подменяет другую. И случается это будто бы для того, чтобы выполнить какую-то задачу. Даже — сверхзадачу. Чаще всего подмена является попыткой создать новую линию. Например, династию ученых, артистов, писателей и так далее. Но бывает, что речь не идет о потомстве, а задачу должен решить тот самый первый, подмененный...

— Любопытно, — усмехнулся Бес. — Получается, что у твоей протеже была некая сверхзадача. И она ее решала всю жизнь. И в чем же задача состояла, по-твоему? Какие задачи могут быть у артиста? Сыграть тень отца Гамлета? Офелию на балконе, выслушивающую серенады юного Ромео?

— Показать нам нечто... — Психолог привычным жестом взъерошил волосы, глаза его блестели. — Нечто очень, очень важное.

— И что же это? — Бес наклонился вперед, заглядывая в лицо приятеля.

— Одиночество, — Психолог вздохнул. — Одиночество среднего человека. Обыкновенного. Ничем не выдающегося. Обычное такое, банальное одиночество среди множества других людей. Понимаешь?

— Не совсем, — признался Бес. — Как это может быть — одиночество среди людей?

— А как может быть та пустота внутри, о которой ты рассказывал? — тут же парировал Психолог. — Помнишь, ты как-то говорил, что самое страшное там, у вас — это то, что не ощущается Его присутствия. А ведь вас там множество. Есть с кем пообщаться.

— Ну, в общем-то да, — согласился Бес. — Но ты сравнил! Он — и люди...

— Фаина Георгиевна прекрасно сформулировала такое одиночество, — задумчиво сказал Психолог. — Она говорила, что человек одинок, когда ему некому рассказать свои сны. А еще она утверждала, что ребенка с первого класса школы нужно учить науке одиночества. Понимаешь, она считала одиночество — наукой! Обязательным предметом, который необходимо изучать каждому.

— Интересная мысль, — усмехнулся Бес, но усмешка была невеселой, скорее — печально-задумчивой, будто вспомнилось ему что-то очень личное и болезненное, чем невозможно поделиться ни с кем, даже с самым близким, а необходимо пережить, переболеть самому.

— Ты посмотри, кого она играла всю жизнь! — Психолог потряс списком ролей, как оружием. — В кино, в театре... Ну, за исключением периода заштатных, периферийных театров. Там она играла все подряд, множество ролей. Но в московских театрах и кино — только одиноких людей. Плохих или хороших — неважно. Главное — одиноких. Вот, посмотри... Манька в «Шторме» — ну совершенно отвратный персонаж. Бандитка, спекулянтка, пробы поставить негде. Сыграно, кстати, блестяще. Так вот, даже она определяет себя как сироту. Говорит, что родители умерли. А на вопрос о наличии мужа отвечает, смущаясь: «Барышня я...»2И видно, что неуютно ей от того, что она так одинока, и не к кому прислониться. И пусть она — гадина, но одиночество делает ее жалкой, уязвимой и даже в чем-то симпатичной. Недаром многие зрители приходили на спектакль только ради того, чтобы посмотреть на Маньку, а потом, когда эпизод заканчивался, уходили, не дожидаясь окончания пьесы. Да вот, взгляни...

Психолог быстро ткнул диск в ноутбук, защелкал клавишами. На экране появилось черно-белое изображение — Манька-спекулянтка, обмотанная платками, объяснялась с комиссаром, постоянно переспрашивая: «И че вы сказали?»

— Действительно блестяще, — согласился Бес. — Ты был прав, когда говорил, что она великая актриса.

— Можно подумать, что ты сомневался, — фыркнул Психолог. — Ты на руки ее посмотри! Как двигаются... руки — играют! У нынешних актеров по большей части даже лица играть не могут, а тут руки выражают весь характер человеческий... Обрати внимание, какой хищный захват пальцев. Так бы и схватила, так бы и унесла в зубах, так бы и вцепилась... В этих руках видится морда гиены, питающейся падалью, но имеющей очень мощные челюсти. Опасный зверь. Но что интересно, тот же хищный захват продолжается, когда она говорит и о своем сиротстве, и о своем девичестве. Не сжимаются пальцы, не расслабляются, а продолжают все так же двигаться с одной целью — схватить и удержать. Будто хочется ей, чтобы хоть кто-то был рядом, чтобы избавить от одиночества. Такое счастье схватила бы и удержала всей силой, какая есть у челюстей гиены...

— Да ты прямо поэт, друг мой! — засмеялся Бес. — Но в твоих словах есть что-то. Как там было у Ильфа и Петрова? Великая сермяжная правда!

— Угу, только что сермяжная, — отмахнулся Психолог. — А вот посмотри еще сценку...

Он нажал еще несколько клавиш, и изображение сменилось. Теперь экран показывал разряженную в пух и прах даму перед зеркалом, рядом с которой стояла девушка. Лицо у девушки было испачкано.

— Мачеха в «Золушке», — представил Психолог очередного персонажа3. — Что интересно, Мачеха в исполнении Раневской — не просто злая женщина, которая душит безответного мужа и добрую падчерицу. Она еще и любящая мать, жаждущая для своих дочерей самого лучшего. Когда она подсчитывает знаки внимания высочайших особ на балу, обещает дочерям внести их в имена в Книгу Первых Красавиц Королевства, то ею движет не просто тщеславие, но именно — любовь к своим детям. Ведь признанные красавицы королевства могут рассчитывать на самые лучшие партии. Возможно, даже на самого принца!

— Так где тут одиночество? — удивился Бес. — Вполне себе состоявшаяся особа. С детьми, опять же при муже.

— Оно-то да, если на первый взгляд, — кивнул Психолог. — Но посмотри чуть глубже. Муж готов сражаться с чудовищами, лишь бы не заниматься домашними делами. Падчерица, конечно, делает все по хозяйству, но она — на роли служанки, а наличие служанки вовсе не избавляет от одиночества. Конечно, есть дочери, но они — предмет заботы. И во всех заботах и хлопотах она — трагично одинока. Вот посмотри...

Картинка на экране задвигалась. Золушка подала Злой Мачехе роскошные перья. Мачеха примерила их, вздыхая:

Работаю как лошадь: бегаю, хлопочу, выпрашиваю, выспрашиваю, упрашиваю, очаровываю... Добываю и добиваюсь. У меня такие связи, что сам король может мне позавидовать...

— Понимаю, что труд Золушки выглядит куда как привлекательнее, но мы ведь говорим сейчас об отрицательном персонаже, — пояснил Психолог, нажимая на клавишу и останавливая просмотр. — Но ты даже не представляешь, у скольких женщин в душе отзываются эти слова Мачехи... Муж-растяпа, дети, о которых нужно заботиться, и все самой, все самой. Самой бегать, хлопотать, уговаривать... Кстати, этот монолог придумала Раневская, его не было в сценарии. Шварц разрешил ей исполнить таким образом сцену примерки перьев, но в изданный сценарий монолог не вошел. Но где тот сценарий, а где фильм! Монолог вошел не в сценарий Шварца, а в историю...

— Ты хочешь сказать, что Мачеха Раневской привлекательна для зрителей именно потому, что в ней есть совершенно узнаваемые и близкие для них черты характера? Вот это самое бытовое одиночество, о котором ты говоришь? — уточнил Бес.

— Именно! — подтвердил Психолог. — Между прочим, ты отлично сформулировал. Бытовое одиночество! Да! Знаешь, может, Мачеха Золушки была злой именно потому, что у нее — муж-растяпа, который гвоздя в стену вбить не может, зато отлично охотится на чудовищ для своего удовольствия. Тебе ведь знаком такой тип: взвалил на жену все заботы о семье и может оставаться милым, добрым и пушистым, пока она надрывается и превращается в стерву.

— Ну, друг мой, подобные превращения — дело рук обоих, — ухмыльнулся Бес. — Но я понимаю, что ты хочешь сказать. Миллионы людей узнавали в такой подаче или себя, или соседей. Твоя подопечная сыграла не просто сказочного персонажа, но вполне жизненный образ.

— Да, и показала при этом новую грань одиночества, — заметил Психолог. — Фактически каждый сыгранный ею образ открывает проблему одиночества с какой-либо стороны. Например, Ляля из «Подкидыша»4. Этакая решительная дама, скандалистка, бодро командующая мужем — и трагично одинока в желании иметь детей. Не удивительно, что в Лялю были влюблены и взрослые, и дети. А Люси Купер!5Вот где одиночество явное, разрывающее душу. Недаром на спектакле зрители плакали. Женщина, вырастившая пятерых детей и преданная ими. У нее — любящий муж, дети, а последние дни свои она проведет в доме престарелых... А Этель Сэвидж — еще одна героиня Раневской — вообще предпочла остаться в психиатрической лечебнице, так как за ее пределами чувствовала себя одинокой. Да, это довольно веселая пьеса, но какой трагизм одиночества скрывается за клоунским гримом! А Роза Скороход! Думаешь, зря Рузвельт, посмотрев «Мечту»6, назвал Раневскую величайшей актрисой эпохи? И так — каждая роль, даже бессловесная роль таперши!7Как она играет на рояле, при этом курит, жует конфеты, здоровается с посетителями! И поет романс «Разорватое сердце» — между прочим, она его написала специально для этой роли. Персонаж смешной, гротескный, но это же — настоящий крик одиночества!

— Ты хочешь сказать, что сверхзадачей Раневской, для которой она вообще появилась на свет, была — показать людям одиночество? — Бес поскреб когтем между полированных рожек, привычным жестом поймал маленькую фиолетовую молнию и потушил затлевшую кудряшку. — Неужели это настолько важно? По-моему, одиночество — не такая уж великая проблема в вашем мире. У вас есть куда более глобальные вопросы. Войны, экономические кризисы, экологические катастрофы, новые смартфоны, наконец!

— Но об этом ведь всем известно. А вот одиночество — куда как более глубинная, скрытая проблема. Ее как бы и не существует, ведь вокруг — множество людей, так о каком одиночестве мы можем вообще говорить?! — воскликнул Психолог. — А ведь большинство людей, которые приходят ко мне за помощью, страдают не столько от различных фобий и комплексов, сколько именно от одиночества! Мне редко приходилось видеть людей не одиноких, которым бы комплексы мешали радоваться жизни.

— Ладно, соглашусь. Одиночество — чума нашей эпохи, — полунасмешливо мотнул головой Бес. — И папе-Фельдману подменили дочку, чтобы человечество смогло увидеть эту чуму собственными глазами.

— Кто знает... — понурился Психолог. — Но я вот подумал... Только не смейся, ладно? Я думаю, что невозможно во всей полноте ощутить трагедию отсутствия Его, если никогда не чувствовал одиночества среди людей...

Примечания

1. Психолог имеет в виду документальную программу Виталия Вульфа «Мой серебряный шар», режиссер Светлана Кокотунова. Фильм «Фаина Раневская» выходил в этой программе в 2004 году.

2. Психолог говорит о пьесе В. Билль-Белоцерковского «Шторм», которая ставилась в Театре имени Моссовета в 1951 году, Фаина Раневская в этой пьесе играла эпизодическую роль Маньки-спекулянтки.

3. Психолог показывает Бесу сцену из фильма «Золушка», который был снят на киностудии «Ленфильм» в 1947 году, автор сценария Евгений Шварц, режиссеры — Надежда Кошеверова и Михаил Шапиро, Фаина Раневская в фильме сыграла роль Мачехи.

4. Психолог говорит о комедии «Подкидыш», снятой на киностудии «Мосфильм» в 1939 году режиссером Татьяной Лукашевич по сценарию Агнии Барто и Рины Зеленой. Именно в этом фильме прозвучала знаменитая фраза «Муля, не нервируй меня!», которая впоследствии стала чуть не визитной карточкой Фаины Раневской.

5. Люси Купер — главная героиня пьесы «Дальше — тишина» Вина Дельмара, поставленной Анатолием Эфросом в 1969 году в Театре имени Моссовета, партнером Раневской в спектакле был Ростислав Плятт.

6. Речь идет о фильме режиссера Михаила Ромма «Мечта», снятом на киностудии «Мосфильм» в 1941 году, Фаина Раневская исполнила в фильме роль Розы Скороход, хозяйки меблированных комнат.

7. Психолог имеет в виду фильм «Александр Пархоменко», снятый в 1942 году режиссером Леонидом Луковым на Киевской киностудии, роль Фаины Раневской эпизодическая.

Главная Новости Обратная связь Ресурсы

© 2019 Фаина Раневская.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.