19.11.1961

Приходила Ада Игнатьевна, бывшая жена режиссера Пырьева. Она решила уйти на пенсию, несмотря на то, что ей нет еще и шестидесяти.

— Что так? — немного бесцеремонно поинтересовалась сестра.

Они в дружеских отношениях, хоть и редко видятся и почти никогда не звонят друг другу, поэтому А.И. не обиделась.

— Надоело все, вы не представляете, насколько надоело. В театре никакой жизни, одна плесень с паутиной, ролей приличных нет, а неприличные играть противно. Да еще каждая дрянь пытается подпускать шпильки. «Это вам, Адочка, не былые времена, когда муж под вас картины пробивал!» А разве он что-то пробивал под меня? Снимал, было дело, но было и так, что не снимал. А кроме него я у Протазанова снималась, у Барнета, у Тарича, у Эйзенштейна...

Мы изрядно выпили (коньяк маленькими наперсточками пьется незаметно), и я чуть было не спросила, не рисовал ли Эйзенштейн Аду обнаженной, но вовремя опомнилась. Представляю, что сказала бы потом мне сестра.

— Недавно у Миши Ромма снялась... — продолжала Ада. — Не Пырьевым единым, как говорится. Но сейчас, к сожалению, меня уже все перестало радовать — и кино, и сцена, и даже сама жизнь.

Сестра тотчас же предложила выпить еще. Ада рассказала, что Пырьев, оказывается, сам хотел ставить «Войну и мир», но ему не дали.

— Это же такой лакомый кусок, — сказала она. — Соберет все награды, даже на зарубежные можно рассчитывать. Ванечкина звезда закатилась, ему даже запоздалое вступление в партию не помогло, а он этого все никак не поймет. Планы строит, со мной ими делится. Мы ведь остались если не друзьями, то добрыми знакомыми. Он мне даже на Марину жаловался несколько раз...

Сестра покрутила пальцем у виска. Я с ней не согласна. Почему бы супругам не сохранить хорошие отношения после развода? Это же так хорошо.

Театр, в котором служила Ада, был создан специально для актеров кино, чтобы занять их в свободное от съемок время. Это очень правильное решение правительства, но атмосфэра в этом театре была наихудшей из всех театральных атмосфэр. На отношения между актерами сказывается не только распределение театральных ролей, но и конкуренция за роли в кино. «Двойная моральная нагрузка», — сказала Ада. «Тройная, даже четверная, — поправила ее сестра. — Вы находитесь в доме каторжан, да вдобавок у вас чехарда из режиссеров». Ада согласилась. «Дом каторжан» — это бывшее общежитие для большевиков, побывавших на каторге. В Российской империи каторжников ссылали на Сахалин, а во Франции ссылают в Гвиану. Я однажды сказала мужу: «Французам-каторжникам повезло, — их отправляют в теплые края». Муж рассмеялся моему клоц-каше1 и объяснил, что Гвиана ничем не лучше Сахалина, даже хуже. В тамошнем климате люди гниют заживо, и тепло изнуряет не меньше холода. К тому же французы крайне строго, если не жестоко, относятся к наказанию преступников. С Сахалина бежало множество большевиков, но я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь убежал из Гвианы.

А.И. с сестрой вспоминали «Мечту», в которой они вместе снимались. Хвалили режиссера, перебирали детали съемок (я ничего в этом не поняла), разыграли для меня сценку, в которой героиня А.И. обсуждает свое брачное объявление. Однажды во Львове, где снималась натура, всю съемочную группу арестовали, приняв за шпионов, но быстро разобрались и выпустили. Вспоминали какого-то Петеньку, который устроил скандал Ромму из-за того, что его имя не было упомянуто в титрах.

— И ролька-то у него была крошечная, ее даже эпизодом назвать нельзя, — смеялась сестра, показывая при помощи большого и указательного пальцев, насколько мала была эта роль. — А вот же, взыграло ретивое. Когда Миша пригласил его в «Убийство», тоже на эпизод, Петенька сначала спросил: «А в титры я попаду», и только после утвердительного ответа дал согласие.

Картина, в которой А.И. снялась недавно у Ромма, называется «Девять дней одного года». Картина должна выйти в начале будущего года, сейчас идет монтаж. Непременно пойдем смотреть. В одной из главных ролей там, оказывается, снялся сын Нины Антоновны, подруги А.А. Очень жаль, что А.И. приходит в гости столь редко (первый раз на моей памяти), с ней очень интересно разговаривать. И еще она очень просто держится. «Я — дочь бедного кузнеца, — говорит о себе А.И., — потомственная пролетарка, мне не к лицу церемонии разводить». Сестра в ответ на это заявила: «А мы с Беллой дочери бедного нефтепромышленника, тоже, можно сказать, пролетарки потомственные». Режиссер Пырьев, как после рассказала мне сестра, переживает сейчас бурный роман с молодой актрисой, которая на сорок лет младше его. Он без ума от нее, а она то ответит ему взаимностью, то закрутит роман с кем-то другим. У Пырьева от этого романа неприятности не только личные, но и служебные. Здесь неодобрительно относятся к «моральной неустойчивости» (обожаю этот термин!) и могут за это исключить из партии или снять с работы. «Она играет им, а он не понимает, что стал игрушкой», — сказала Ада. Démon de midi2.

Примечания

1. Дословно в переводе с идиш означает «вопрос-бревно». Говорится о глупых вопросах.

2. Французское выражение, аналогичное русскому «седина в бороду, бес в ребро». Переводится дословно как «дьявол в полдень», «дьявол в середину».

Главная Новости Обратная связь Ресурсы

© 2019 Фаина Раневская.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.