Пазл 40. Актерское безумие

Многие, кто знал Раневскую, вспоминали о ее неожиданных вспышках недовольства, нервозности, непонятных атаках на все и всех. И сама она как-то призналась, что есть у нее то, чему она сама дала название: «синдром актерского безумства».

Было: Раневскую пригласили на запись, собирали «Золотую коллекцию». Раневская пришла, и тут началось: она вдруг ощутила жуткую неуверенность в себе. Словно кто-то невидимый шептал ей на ухо: «Оставь, не надо, у тебя ничего не получится, это будет позор, ужас! В театре люди видят тебя, твои жесты, а здесь останется только голос, это будет отвратительно слушать!» Все попытки Раневской переубедить этот внутренний страх не помогли, ее охватила реальная паника. Она изо всех сил искала уже малейший повод отказаться в это время от записи. Схватилась за сердце — ей тут же предложили валокордин. Закашлялась — поднесли стакан воды. А душа металась, загнанная в угол страшным предчувствием провала. И тут на запись пришла еще одна актриса. Пришла в ярко-красном, просто огненном сарафане. Этот сарафан и стал точкой взрыва. Раневская вдруг вскочила, обрушилась на актрису с криком: как она могла надеть такое яркое, кричащее на запись такого спектакля! Это кощунство!

Все остолбенели. Гнев, даже ярость Раневской не могли быть оправданы только этим красным цветом в студии. Но истинной причины не знал никто. Как, впрочем, и сама Раневская. Она выскочила из студии...

Через неделю она спокойно пришла, весело острила, попросила прощения у той актрисы, которую обвинила в неуважении к спектаклю...

В 1944 году, когда Раневская приехала в Москву, «синдром актерского безумства» подстерег ее на городских улицах. Она вдруг испугалась того, что больше не сможет играть на сцене. Что у нее ничего не получится. Что те капустники, которые они ставили в Ташкенте, привели к полной атрофии ее мастерства. Она не могла сидеть в своей комнате — все свободное время бродила по московским улицам, а страх только возрастал снежным комом, становясь плотнее и жестче...

Все разрешилось одной только встречей. Однажды Фаину Георгиевну окликнула молодая девушка. Раневская оглянулась: это была не простая девушка — одета в стильный полушубок, раскованная и уверенная в себе. Раневская не узнала ее, пока девушка не назвалась: «Я Светлана».

И Фаина Раневская вспомнила: когда-то, казалось, так давно, в Кремле их театр ставил «Гибель эскадры». Рядом со Сталиным тогда сидела рыжеволосая девочка — Светлана. И вот она сейчас перед ней — дочь Сталина.

И тут Раневской стало стыдно. Да, именно стыдно. Она мгновенно вспомнила о себе как о женщине. Что на ней — старое демисезонное пальто, что не накрашены губы, не уложены, как следует, волосы... Раневская говорила о какой-то чепухе, стараясь отвлечь внимание Светланы от своей внешности. Та смеялась. Потом попросила адрес, записала его. Они попрощались.

«Синдром актерского безумства» прошел бесследно — Раневская возвращалась в свою комнатку уверенной в себе, жаждущей работать.

На следующий день Светлана приехала к ней. Фаина растерялась: Светлана привезла ей роскошную шубу, настоящую, из каракуля. А еще — американскую косметику.

А шуба... шуба носилась очень долго, а потом была сдана в ломбард. Не один сезон случалось так, что Раневская оставалась без денег...

Кстати, Светлана оставила в жизни Раневской весомый след. О том, что она в Индии, развеяв прах мужа-индийца над Гангом, метнулась в Британское посольство и попросила политическое убежище, в СССР не рассказывали. Об этом Раневская узнала из радиопередачи «Голоса Америки».

Этим своим поступком, была уверена Раневская, Светлана вбивала осиновый кол в могилу своего отца. Чтобы он никогда не воскрес... Раневская считала поступок Светланы подвигом. У нее была книга воспоминаний, написанная Светланой. Правда, выносить эту книгу из своей комнаты она никому не позволяла. «Я хоть и революционерка, но распространение нелегальной литературы считаю занятием уже не по возрасту», — оправдывалась она.

Главная Новости Обратная связь Ресурсы

© 2019 Фаина Раневская.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.