О людях и о жизни. Философ с папиросой

— Петля на шее вовсе не так страшна, удалите из нее шею, и она превратится просто в узел.

* * *

— Скорость жизни у всех одна — 60 минут в час. Только эти минуты такие разные у разных людей...

* * *

Нежелательной гостье:

— Я так рада вас видеть, что не приведи господь!

* * *

— Теоретически произойти может все что угодно. Практически каждый день один и тот же бардак.

* * *

— Будущее удивительно изворотливо, до него никак не удается дожить.

* * *

— Золотые горы, которые мне сулили, обычно состояли из говна под тонким слоем позолоты...

* * *

— Дожили... прожили... пережили..., а жили вообще безо всяких этих «до» или «пере»?

* * *

— Фаина Георгиевна, вас, что, совершенно не волнуют последствия?

— С какой это стати я буду волноваться за последствия? Пусть они сами за себя волнуются!

* * *

— Мы-то ждем светлое будущее. А оно нас?

* * *

— Не к добру такое везение...

* * *

— У меня всю жизнь была бескорыстная и безответная любовь.

— К кому, Фаина Георгиевна?

— К деньгам.

* * *

— Пока живешь, все вокруг кажется хаосом мелочей, пустой суетой, а потом проходят годы, и эта прошлая суета обретает смысл... Неужели мелочная суета и есть смысл нашей жизни?

* * *

— Одно в человеческом организме постоянно: место клизмы.

* * *

— Любой дурак может сделать в жизни три вещи: пожрать, поспать и сдохнуть.

* * *

— Не понимаю выражения «уровень смертности». Везде один человек — одна смерть, разве у кого-то иначе?

* * *

— Фаина Георгиевна, где вы храните свои сбережения?

— В мечтах, голубчик...

* * *

— Стакан водки — это много?

Раневская, пожимая плечами:

— Ну..., это смотря какой по счету.

* * *

Разглядывая свежевымытый памятник Пушкину:

— Вот признак величия — даже голуби из уважения облетают, не гадя.

Как раз в эту минуту какой-то голубь садится памятнику на плечо и оставляет большущий свежий след.

Раневская со вздохом:

— Этот неграмотный. Пушкина не читал.

* * *

— Легко Пушкину было написать «любви все возрасты покорны», он не был старым...

* * *

— У тех древних, что стояли, были стойбища, а у тех, кто лежал — лежбища?

* * *

— Гениальность, — вещает очередной чиновник от культуры, — это 1% таланта и 99% пота и усилий!

Раневская ехидно замечает:

— Тогда самые гениальные — штангисты.

— Беда в том, что нам никак не удается выбраться в светлое будущее, завязли в говенном настоящем, как муха в паутине.

* * *

— Ненавидеть врагов для своего здоровья куда хуже, чем для них. По себе знаю.

* * *

— Советуют и критикуют всегда даром, кто же будет покупать то, что способен сообразить сам?

* * *

— Мужчины подобны слепым кротам!

— Почему?

— Женщина, убедившись, что все мужчины одинаковы, менять одного на другого уже не будет, а мужчина продолжит тыкать в каждую следующую, как слепой крот, непонятно на что надеясь.

* * *

После рассказа знакомой о том, насколько море соленое:

— Да, я тоже слышала, что во время курортного сезона соленость моря значительно усиливается...

* * *

В террариуме зоопарка мужчина, глядя на большого питона, фыркает:

— Рожденный ползать летать не может.

Раневская тут же заступается за питона:

— Зато сверху не гадит.

* * *

— Что-то моя зарплата подозрительно смахивает на сдачу в гастрономе.

* * *

Читая статью о капризах погоды:

— В следующем году нас ждет слава.

— Это почему?

— В прошлом году была жара и пожары, в этом льет как из ведра. Огонь и воду мы уже прошли, остались только медные трубы славы.

* * *

— Чем вы озабочены, Фаина Георгиевна, у вас же все идет прекрасно?

— Вот это и странно. Так хорошо, что ищу, в чем подвох.

* * *

— Только платные стоматологи рекомендуют курение и сладости.

* * *

— Почему памятники ставят преимущественно мужчинам? А если статуя женщины, то непременно Венера без рук?

Раневская озвучивает свою теорию:

— Женщине в юбке на постаменте стоять неприлично. В брюках все равно примут за мужчину.

* * *

— Женская логика действительно непостижима.

— В чем же, Фаина Георгиевна?

— Хотят быть непохожими друг на дружку и при этом носят совершенно одинаковые модные вещи!

* * *

— Некоторые недостатки определенно приводят к достатку...

* * *

— Мы вольны говорить все, что захотим, но половину молча...

* * *

По телевизору в какой-то передаче берут интервью на улицах города на тему, кто в доме главный. Один из мужчин с апломбом утверждает, что он.

Раневская сокрушенно:

— Одинокий...

— Вы думаете, у него нет жены?

— Не только жены, милочка, но ни собаки, ни кота, ни канарейки.

* * *

— Времена настали... Вежливой быть опасно.

— Почему?

Раневская вздыхает:

— Решат, что флиртуешь.

* * *

— Мужчины все Наполеоны. Только не все императоры, многие просто пирожные.

* * *

— Фаина Георгиевна, а вы в кого-нибудь влюблены?

Сказать, что в Качалова или Станиславского, которых давно нет на свете, сочтут чокнутой. Отвечает:

— В себя. Хоть и г...но, зато собственное, знакомое с детства.

* * *

Услышав выражение боксеров «бой с тенью»:

— Боже мой, а если тень выиграет?!

* * *

— Здоровый крепкий сон — это хорошо, это когда успеваешь заснуть снова, пока звонит будильник...

* * *

Я такая старая, что помню времена, когда порядочным людям не приходилось скрывать, что они порядочные.

* * *

Гениальные мысли почему-то всегда приходят в чужие головы, а глупые в собственную. Главное, чтобы этого никто не заметил.

* * *

С гордостью:

— У меня исключительно сильные слабости.

* * *

— Есть что-то общее в мужских и женских компаниях?

— Есть, — соглашается Раневская. — И там, и там говорят о женщинах.

* * *

— Хорошо, что черепа у людей непрозрачные, иначе было бы видно, как у одних мысли копошатся, а у других вовсе отсутствуют.

* * *

— Крылья за спиной вовсе не признак принадлежности к ангелам. У индюков они тоже имеются.

* * *

— В ЗАГСе происходит обмен проблемами, а чтобы было понятно, что бежать некуда, надевают кольца.

* * *

— Бывает, у человека, кроме числа прожитых им лет, и уважать нечего...

* * *

— Бог любит только проктологов.

— Почему?!

— Иначе он не размещал бы морщины на лице. Их же не бывает на жопе. Ну, и ради кого вся эта упитанность?

* * *

— Чего вы ждете от жизни?

— А чего от нее ждать? Человеку достаточно того, что он вообще родился.

* * *

— Все мысли делятся на умные и обычные. К сожалению, редко удается их различить.

* * *

— Самые строгие ценители женской красоты — сами женщины. Правда, они умеют в этом ценнике двигать запятую, когда смотрят в зеркало — вправо, а когда на других — влево.

* * *

— Без ошибок в жизни не жизнь, а отбывание срока на Земле.

* * *

Увидев дырку на пиджаке, проеденную молью:

— Если эта дрянь будет так прожорлива, то скоро, кроме орденов, и надеть станет нечего...

* * *

— Как вспомню, что мои неудачи были заранее спланированы моей судьбой, так хочется набить ей морду.

* * *

— Не люблю людей, которые ни в чем передо мной не виноваты.

— ?!

— Их даже простить не за что. Нет возможности почувствовать себя великодушной.

* * *

— Женщинам проще — сделала декольте поглубже, и то, что в голове, уже не столь важно. А мужчинам чем отвлекать? Нечем, вот и приходится думать.

* * *

О сороконожке:

— Это какая же нужна дисциплина, чтобы не запутаться в ногах?! Чуть не так — и сама себе ноги отдавишь.

* * *

— Всю жизнь наполняешь ее смыслом, а к старости оказывается, что это одни глупости. Беда в том, что для каждого возраста этот смысл разный...

* * *

— Умные мысли нам внушают свыше, глупости мы научились придумывать сами.

* * *

— С возрастом, милочка, умнеют все. Только не все живут так долго, чтобы, наконец, поумнеть...

* * *

— Зачем меня поддерживать, я же не падаю.

* * *

— Живу с высоко поднятой головой. А как иначе, если по горло в г...не?

* * *

— Фаина Георгиевна, почему вы не замужем?

— За кого выходить замуж? Идеальные мужья бывают только у вдов. И то в прошедшем времени.

* * *

— Лучшее средство от кашля — касторка. Врачи об этом догадываются, но выписывать не рискуют.

* * *

— Его единственная заслуга — подавал большие надежды. Спасибо, что не реализовывал.

* * *

После возвращения с чьих-то похорон:

— Не буду умирать, это слишком дорого. И речи говорят фальшиво. Если на моих похоронах будут говорить вот так красиво и сладко, я не выдержу и встану.

* * *

— Склероз лучше геморроя.

— ?!

— Геморрой и самой не видно, и жаловаться неудобно. А при склерозе ничего не болит и то и дело новости.

* * *

Об актере NN:

— Настолько нерешителен, что когда всех делили на подлецов и порядочных, на всякий случай записался и туда, и туда, а потом от нерешительности отовсюду себя вычеркнул.

* * *

— А что, X умер?

— Да, Фаина Георгиевна.

— И XX тоже?

— Давно.

Задумалась... потом сокрушенно:

— Так скоро останусь одна я...

* * *

— Фаина Георгиевна, вы не дали N в долг, хотя только сегодня получили зарплату. Она же просила всего на неделю...

— Вот именно, так убедительно просила, словно не собирается возвращать вовсе.

* * *

— Говорят, N и M разводятся?

— Нет, они так заняты ссорами и скандалами, что им не до развода.

* * *

— Женщины никогда не делятся сплетнями, они их размножают.

* * *

— Если за вами следует толпа, не очень-то радуйтесь, это вовсе не значит, что вы вождь, может, вы просто козел, а позади бараны?

* * *

— Фаина Георгиевна, вы любите собак?

— Смотря каких. Бездомных, как мой Мальчик, очень люблю. Не люблю тех, что лают у хозяйки из подмышки и при этом от страха делают лужу. А еще не люблю таких, которые лают вслед, когда уже безопасно.

* * *

Он настолько порядочен, что подписывает даже свои анонимки. Кстати, именно поэтому никто не верит, что писал он.

* * *

— Я ко многим отношусь хорошо, если они держатся от меня подальше.

* * *

Услышав спор о том, какое положение для секса самое популярное:

— Дурацкое.

* * *

— Столько гадости написала в письме, столько гадости...

— Почему не зачеркнули, Фаина Георгиевна?

— Чернила закончились.

— А зачем отправили?

— Не пропадать же откровениям.

* * *

— Если бы всем воздавали по заслугам, обиженных было бы в тысячи раз больше.

* * *

— Одни предпочитают быть сволочами, но только не казаться ими, другие наоборот.

* * *

— Фаина Георгиевна, у вас хорошая память?

— Не жалуюсь, милочка. Особенно в том, что касается чужих недостатков и своих достоинств.

* * *

Домработница подозрительно:

— А у вас не нашли, случайно, плохих болезней?

— А бывают хорошие? И что значит «случайно»? Случайно можно найти только гривенник на мостовой, а болезни находят целенаправленно, обычно, что ищут, то и находят.

* * *

— Почему-то лучше всего помнится то, что больше всего хочется забыть.

* * *

Дальняя родственница сообщает о своем намерении приехать к Раневской и пожить у нее. Раневская хватается за сердце:

— Не стоит. Я могу умереть от радости.

* * *

— Женщины редко называют вещи своими именами. Она говорит о спине, за которую можно спрятаться, крепком плече, к которому можно прислониться, но имеет в виду шею, на которую не прочь сесть.

* * *

На улице:

— Как-то этот человек подозрительно на меня посмотрел...

— Ну, что вы, Фаина Георгиевна, что ему может быть от вас нужно?

— Вот это и подозрительно...

* * *

— Какая подлость назвать жизнь лабиринтом!

— Почему?

— Это означает, что за каждым поворотом тебя может ждать выход!

* * *

Глядя на аккуратную кучку дерьма под аркой, ведущей во двор:

— Интеллигент.

— Это почему?

— Интеллигенция испражняется аккуратно, хотя и где попало. Остальные гадят.

* * *

Балерина, сморщив носик:

— Фаина Георгиевна, ну что вы все «жопа» да «жопа»...

— А как надо?

— Сказали бы «пятая точка»...

— Это у вас, милочка, точка, а у меня жопа.

* * *

О невесте своего «эрзац-внука» Татьяне:

— Она умная, ей тяжело...

— Почему тяжело, Фаина Георгиевна?

Со вздохом:

— Умным тяжелее прикидываться дурами.

* * *

— Американцы дураки — своей статуей Свободы хвастаться.

— Это почему?

— Она же к ним жопой повернулась.

* * *

Видно, желая поддеть постаревшую Раневскую, молодящаяся актриса вздыхает:

— Как понять, наступила старость или еще нет? Я вот не чувствую...

Раневская невозмутимо:

— Очень просто: пока кажется, что лучшее впереди, еще не наступила, а когда поймешь, что уже позади, значит стара.

— А у вас впереди или позади?

— Вокруг.

* * *

— Фаина Георгиевна, а почему вы за границу не ездите?

— Боюсь тамошний народ напугать. Там все нервные.

* * *

— Не умею отказывать, к тому же постоянно нужны деньги. Поэтому, когда предлагают сняться в фильме, в котором сниматься не хочу, начинаю выдумывать немыслимые требования, чтобы плюнули и пригласили кого-то другого. Не плюют, самые гнусные требования выполняют, словно без меня очередную дуру сыграть некому. После этого совестно отказываться и от роли, и от требований. Ползет слух, что Раневская зазналась и набивает себе цену капризами.

* * *

В ответ на вопрос, понравилась ли пьеса современного драматурга:

— Справил нужду на бумаге.

* * *

— Партия наш рулевой!

— То-то я смотрю, она к нам жопой стоит.

* * *

Марецкая, глядя на стоящую на высокой трибуне чиновницу:

— Интересно, что она испытывает?

Раневская уверенно:

— Страх!

— Почему?

— Она прекрасно понимает, как высоко ей падать.

* * *

На вопрос «эрзац-внука», откуда аисты берут детей:

— Наверное, воруют в роддомах.

* * *

— Фаина Георгиевна, что общего у жизни и сказок?

Вместо ответа на вопрос журналистки, мол, жизнь стала сказочной, Раневская невесело усмехается:

— И то, и другое кончается. Только сказка словами «жили они долго и счастливо», а жизнь безо всяких слов...

* * *

После получения Сталинской премии журналистка расспрашивает:

— Фаина Георгиевна, какое событие в вашей жизни главное?

— Пока — рождение...

* * *

— N предусмотрительная, всегда надевает на прием к окулисту новое белье.

— Зачем?!

— А вдруг он окажется нахалом?

* * *

— Со дна глубокой старости перспектив уже не видно.

* * *

— В наше время большинство ловит птицу удачи только, чтобы сварить из нее суп.

* * *

— Самые опасные жены из бывших разведенных любовниц.

— Почему?

— Она заполучила мужа, как военный трофей, а трофеи принадлежат победителю полностью.

* * *

— Есть люди с большими руками, есть с большой головой. А есть такие, что состоят из одной жопы.

* * *

— Женщины верны всегда, только не всегда одному и тому же мужчине.

* * *

Совет знакомому:

— Никогда не обещайте любовнице на ней жениться.

— ?!

— Если она не замужем, примет это за предложение руки и сердца.

— А если замужем?

— А вдруг ее муж согласится на развод?

* * *

— Статистика утверждает, что женщины живут дольше мужчин лет на пять...

Раневская соглашается:

— Конечно, именно столько они постоянно отнимают от своего возраста, когда его называют.

* * *

— Выборы приучат нас к порядку...

Не совсем поняв, что она имеет в виду, собеседник осторожно поддакивает:

— Да, мы чувствуем ответственность за то, чтобы вовремя прийти на свой участок для голосования...

— Причем здесь это? Только на выборах бумажки кидают в урны, а не куда попало.

* * *

Задумчиво разглядывая напившегося крови комара:

— Почему никому не пришло в голову поселить комаров, как пчел, в ульи и приучить носить кровь туда? Сколько бы набрали...

* * *

Услышав в докладе пафосную фразу «Скромность, украшающая человека...», басом на весь зал:

— Бижутерия.

Докладчик:

— Что?

Раневская поясняет:

— Скромность, украшающая человека, — бижутерия.

* * *

— Фаина Георгиевна, говорят, что женщины живут дольше мужчин.

— За всех ручаться не могу, но вдовы точно.

* * *

Актер не пришел на репетицию, выражается опасение, что он снова запил. Раневская басом:

— Думаю, надорвался.

— Чем, Фаина Георгиевна?! Он и работает-то в полсилы!

— Я его вчера видела, водочные бутылки нес сдавать. Две здоровенные авоськи. Как не надорваться?

* * *

— У меня неприятность.

— Что случилось?

— Приснился Аполлон...

— Какой еще Аполлон?

— Бельведерский!

— И что?

— Только он подошел ко мне... и тут вы со своими дурацкими вопросами!

* * *

— Фаина, тебя мучают эротические сны?

Раневская в ответ мечтательно:

— Ну почему же мучают?

* * *

— Мужчины утверждают, что они сообразительней. Но попробуйте попросить их купить в магазине цветные невидимки.

* * *

Услышав о драке:

— Кулаки — это удел мужчин. Женщины справляются безо всякого оружия языком. Сплетня сильней танков и ракет.

* * *

Сокрушенно:

— Раньше все другое было... и голуби другие... и гадили по-другому...

* * *

— Женщины выходят замуж, чтобы не быть одинокими по вечерам, и разводятся по этой же причине.

* * *

— Женщина должна быть либо красивой, либо умной!

— Почему, Фаина Георгиевна?

— Смесь красоты и ума мужчинам не одолеть.

* * *

— Женская логика и правда ущербна, по крайней мере, в отношении мужчин.

— ?!

— Сначала старательно не замечают недостатков, потом влюбляются в это черт-те что, выходят за него замуж, десяток лет перевоспитывают, а потом рыдают, что вышли замуж не за того.

* * *

— Милочка, вас так волнуют слухи о множестве ваших любовников, потому что это всего лишь слухи?

* * *

— Фаина Георгиевна, у вас были романтические любовники?

Немного подумав:

— Нет. Таким обязательно хочется женщину от чего-то защитить. Разве похоже, что меня нужно защищать?

* * *

— Деньги есть всегда, к сожалению, чаще в чужих карманах... В моих им не нравится.

Раневская действительно не умела ни копить, ни тратить экономно, но транжирой не была, вечно раздавала в долг и забывала об этом.

* * *

— Я поняла: если тебе не в чем раскаиваться, жизнь прожита зря!

* * *

— Фаиночка, тебе не надоели вопросы об отсутствии мужа? Столько нетактичных людей вокруг!

— Да, действительно, нетактично так открыто завидовать...

* * *

— У мужчин, причем всех до единого, есть один огромный недостаток, которым исключительно редко страдают женщины!

— Какой, Фаина Георгиевна?

— Они не умеют рожать детей!

* * *

— Репортеры делятся на тех, кто сначала берет интервью, а потом печатает его, и тех, кто поступает наоборот.

* * *

— Эмансипация глупость! Рассказывать мужчинам, что женщины их умней, действительно глупо. Какая же умная женщина выдает свои секреты?

* * *

— Скромность — признак величия. Я могу себе позволить пока быть нескромной...

* * *

— О чем вы задумались, Фаина Георгиевна, что-то случилось?

— Вдруг сообразила, что половина мира все время живет в темноте.

— ?!

— Ну, на другом полушарии-то ночь.

* * *

Об актрисе:

— Неправда, успех и популярность вовсе не изменили ее. Она и прежде была такой же невыносимой.

* * *

— У этого мужчины очень ревнивая жена.

— Почему вы так решили, Фаина Георгиевна?

— Видели, как старательно он обходил отдел парфюмерии?

— И что?

— Как что?! Чтобы не подхватить запах духов.

* * *

— У мужчин с возрастом все наоборот. В юности они считают себя страшно опытными и пресыщенными жизнью, в молодости много испытавшими, а к старости вдруг начинают считать, что они молодцы и очень даже ничего...

* * *

Об очень полной женщине:

— У нее любимое занятие — есть пирожные под утреннюю гимнастику по радио.

— Если послушать женщин, может показаться, что у них дома непонятно кто.

— Почему?

— О ребенке она говорит: «Мы поели... мы погуляли... мы выросли...» О муже: «Он этого делать не будет... он там не ляжет... он не пойдет...» Будто у нее не ребенок, а выводок макак, и не муж, а крупнорогатое животное. Хотя, возможно, так и есть...

* * *

— У них идеально совпадают вкусы.

— В чем?

— Он любит ее, и она любит себя.

* * *

Услышав рассуждения о неравенстве полов:

— Нет, ну почему же, я встречала мужчин, которых с некоторой натяжкой могу признать равными женщинам...

* * *

На озере:

— Ой, кажется, NN упал в воду и тонет!

Раневская спокойно:

— NN не утонет.

— Но он не умеет плавать!

— Г...но не тонет...

* * *

— Фаина Георгиевна, вам приписывают столько шуток! Неужели вы все это сказали?

— Это смотря какие шутки, те, что удачные, конечно, мои. А если неудачные, не только не говорила, но и не слышала.

* * *

— Глупое выражение: «чувствуйте себя как дома». Будь человеку дома хорошо, разве он к вам пришел бы?

* * *

— Фаина Георгиевна, почему вы не напишите мемуары?

— Наврать на целую книгу?.. Даже для меня это слишком.

* * *

В перерыве репетиции актрисы обсуждают:

— У N и M определенно роман. Они уже третий раз приходят на репетицию одновременно, и он придерживает дверь, пропуская ее в театр.

Раневская басом:

— Вот потому я и опаздываю — чтобы никого не компрометировать.

* * *

— Американки от советских женщин отстали на целое поколение!

— В чем?

— В эмансипации. О чем они мечтают? Стать равными мужчинам! А наши давно равны: и на тракторе, и при укладке шпал, и с лопатой в руках... Осталось нам научиться писать стоя, а мужчинам рожать детей.

* * *

— Некрасивая... некрасивая... Зато больше вероятности безгрешной в рай попасть...

* * *

— Фаина Георгиевна, что такое брак?

— Это смотря с чьей точки зрения. Для многих женщин это сработавшая ловушка на мужчину. Для многих мужчин по лености случайный эпизод, растянувшийся на годы. Для других мужчин — случайный эпизод, сработавший как ловушка.

* * *

— Зрение у женщин, милочка, удивительная вещь. Оно становится ни к черту, если смотришь на свои морщины перед зеркалом в гримерке, и резко улучшается, если морщинки у кого-то другого, играющего на плохо освещенной сцене, притом, что ты сидишь на последнем ряду галерки.

* * *

После очередного остроумного перла:

— Фаина Георгиевна, это вы только что придумали?!

— Нет, это я себя процитировала.

* * *

Марецкая об общей знакомой:

— Слава богу, хоть к старости поумнела!

Раневская в ответ:

— Не поумнела, а просто стала осторожней. А еще стала хуже слышать, а потому на всякий случай соглашается.

* * *

— Думать-то разумно мы научились, а вот поступать нет...

* * *

— Говорят, что у дураков деньги не задерживаются... Мне кажется, дураком для этого быть необязательно.

* * *

— Светлов говорил, что с последней оставшейся от зарплаты десятки нужно снять у нотариуса копию. А нотариусу чем платить?!

* * *

На профсоюзном собрании:

— За что ругать завхоза, он же ничего не делает?

* * *

— Все люди на Земле стареют, но некоторые стареют лучше, особенно некоторые женщины.

* * *

— Первый признак старости: фраза «раньше было лучше».

* * *

— Фаина Георгиевна, вы же собирались бросить курить?

— Понимаете, сначала я курила с отвращением, но удивительное дело — как только собралась бросить, стала получать от процесса курения удовольствие. Жду, когда снова опротивеет, жалко бросать приятное занятие.

* * *

— Медицина достигла таких успехов, что здоровых людей уже практически не осталось.

* * *

— В жизни постоянны только две вещи: человеческая глупость и отсутствие денег. Если научиться первое не замечать, а со вторым мириться, то жизнь станет вполне сносной.

— Вам удается, Фаина Георгиевна?

— Со вторым почти справилась, а к первому привыкнуть, кажется, не удастся до смерти.

* * *

— Неприятности не снежный ком, милочка, это лавина.

* * *

Домработница утром, обнаружив Раневскую лежащей на диване:

— А чего это вы лежите, когда давно день?

Та, выпустив кольцо дыма, философски:

— Счастья жду...

— Лежа-то чего?

— Сидя ждать устала.

* * *

— Когда понимаешь, что твою молодость уже называют старыми добрыми временами, становится не по себе. Примиряет только то, что и сегодняшний день кто-то скоро назовет также, причем гораздо скорей, чем кажется нынешним молодым...

* * *

— Это очень известный доктор, в его диагнозах только самые модные болезни, а в рецептах только самые дорогие лекарства.

* * *

— Женщины в процессе эволюции двинулись дальше мужчин.

— В чем, Фаина Георгиевна?

— Мужчина всего лишь способны говорить часами, а женщины еще и умеют, и желают делать это.

* * *

— Старость странная штука, не все до нее доживают, а вот пережить и вовсе никому не удавалось.

* * *

— NN так старательно откладывает на черный день, словно ждет — не дождется этот самый день.

* * *

— Если это дело принципа, то пусть принцип его и делает.

* * *

— Жить хочется лучше, а приходится веселее...

* * *

— К сожалению, следом за мудростью приходит маразм.

* * *

— Власть портит не всех, она совершенно не портит тех, кого до нее не допускают.

* * *

— Те места, где есть место подвигу, осторожные люди всегда обходят стороной, а герои в них вляпываются.

* * *

— С возрастом порох в пороховницах постепенно превращается в обыкновенный песок...

* * *

— У меня столько ненужных вещей, без которых не обойтись!

* * *

— Иногда комплимент хуже оскорбления.

* * *

— Пить без повода — алкоголизм, но N просто обмывает купленную бутылку водки. У нас принято обмывать покупку, это повод.

* * *

— Старость как песочные часы — как ни переворачивай, песок продолжает сыпаться.

* * *

— У него слабость — демонстрировать силу.

* * *

— Видите того краснорожего колобка? Это тот самый враг, которому я уже месяц отдаю свои ужины.

— Видите, Фаина Георгиевна, поговорка права, он толстый, а вы постройнели.

— Да, он весь лоснится, а у меня желудок до утра урчит.

* * *

— Покупала в хозяйственном бечевку, чтобы связать книги для переезда, продавец посмотрела на меня и предложила веревку потолще и мыло в соседнем отделе.

* * *

— Для того чтобы быть уверенной в завтрашнем дне, надо точно знать, что до него доживешь.

* * *

— Я, конечно, ягодка, но уже только для варенья.

* * *

Слушая восторженную речь какой-то актрисы:

— Боже мой! Она же сейчас захлебнется, не успеем откачать!

Главная Новости Обратная связь Ресурсы

© 2019 Фаина Раневская.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.